Яшкино, статьи, Убить за поцелуй
: ,

Яшкино, статьи, Убить за поцелуй

Убить за поцелуй

Убить за поцелуй

05.03.2018 Преступление и наказание


Дарья КУСТОВА | «Да, человек смертен, но это было бы ещё полбеды. Плохо то, что он иногда внезапно смертен, вот в чём фокус!». Так сказал Михаил Булгаков устами Воланда. Слова эти не просто так стали крылатой фразой. В них раскрывается сама суть – как коротка жизнь и как неожиданно она может оборваться. И виной тому могут быть не только естественные причины, но и простое желание другого человека (или не-человека?)...

В один из морозных дней в конце января по приглашению государственного обвинителя, прокурора Алексея Толмачёва, довелось мне поучаствовать в судебном заседании, на котором слушалось дело об убийстве, произошедшем в октябре 2017 года. Об убийстве жестоком, совершенно непонятном. Это было только одно из заседаний, на нём опрашивали свидетельницу, которая побудила преступника совершить злодеяние.
19 октября в Яшкине на переулке Базарном был обнаружен труп мужчины. Перед смертью человек был сильно избит, на теле были обнаружены следы ожогов. Последовали следственные действия, поиск преступника, улик и свидетелей, экспертизы, далее – суд и исследование в ходе заседаний представленных доказательств.
Началось всё поздним вечером 18 октября. Хотя, конечно, гораздо раньше… Мужчина (назовём его С.) стал жить вместе с женщиной, много старше его (назовём её Б). Помогал по хозяйству, можно сказать – сожительствовали. Злоупотреблял спиртными напитками и зачастую на фоне этого свою сожительницу поколачивал. Продолжалось так несколько месяцев. Однажды женщина, устав от переживаемых впечатлений, поделилась горестью с соседкой, молодой девушкой (её мы назовём К.). На предложение обратиться в полицию с этой бедой Б. ответила отказом. Почему? Ну, тут нужно учитывать то, какую жизнь она прожила. Когда-то её внук совершил вооружённое нападение на магазин, а бывший сожитель женщины неоднократно совершал кражи. Не привыкла она решать проблемы законным методом и обращаться за помощью в правоохранительные органы.
В общем, обратиться к полицейским Б. отказалась. Тогда соседка предложила ей воспользоваться помощью своего близкого друга, чтобы тот «поговорил по-мужски» с обидчиком. На это Б. согласилась – «более действенный способ». Девушка, желая помочь, из благих, как говорится, побуждений, стала катализатором произошедшего в итоге преступления. Позвонив сначала ранее обозначенному другу и не дозвонившись, она решает привлечь к «наведению порядка» другого знакомого (назовём его А.), который согласился. Спросил только, что ему за это будет, то есть, какую награду ждать? Девушка ответила, что «поцелуй».
Б. пожелала, чтобы «защитник» не только поговорил с «обидчиком», но и выгнал его. Жертва, С., в это время спал. И вот представьте: поздний вечер, человек спит, а тут его начинают бить.
Следствие установило, что виновник произошедшего – А., парень, который, несмотря на свой относительно молодой возраст – 25 лет, был неоднократно судим. Причём и за подобное преступление в том числе.
На суде свидетельница К., немного путаясь в показаниях (что она объяснила как «много времени прошло»), рассказала о том, как всё происходило.
С подсудимым А. она знакома около трёх-четырёх лет. В родственных и дружеских отношений с ним не состоит, оснований для оговора не имеет. Проживает девушка с ещё одним фигурантом дела – Г. Женщина и погибший её сожитель являются для К. соседями. О том, какие между Б. и погибшим были отношения, она не знает. Только сообщила, что мужчина «постоянно выпивал, ребятишек (соседских – авт.) обижал». А подсудимого К. характеризует как «спокойного» человека.
По словам свидетельницы, мужчина неоднократно «дебоширил», а его сожительница вызывала полицию.
- Вечером я приехала с работы, а он (С. – авт.) начал её (Б. – авт.) избивать, – рассказывала девушка. – Это было после 9 вечера. Ко мне обратилась Б. Она сначала звонила (я не слышала звонка), а после пришла. Была она чем-то встревожена. Я в это время уже спала. Б. сказала, что «он начал опять избивать». Полицию она неоднократно вызывала, но это бесполезно. Я ей предложила: «Давайте позвоню парням, они его вытолкнут, чтобы больше не приходил». Она согласилась. Я хотела помочь. Потому что раньше, когда Б. вызывала полицию, С. говорил, что ничего не делал, спал, а сожительница его оговаривает.
В итоге вместо того, чтобы позвонить в полицию, девушка позвонила за помощью тому самому Г., своему сожителю, который в тот момент был в гостях, трубку он не взял. Ещё один звонок – тому, у кого Г. в гостях, тоже никто не ответил. На третий звонок – снова на телефон Г. – ответил уже А., который в итоге и оказался на скамье подсудимых. Рассказав ему ситуацию своей соседки, К. попросила помощи. Не сразу, но молодой человек согласился.
- Вы ему что-то за это обещали? – спросил прокурор А. Толмачёв.
- Нет, – ответила К. Как выяснилось позже, всё-таки обещала – тот самый поцелуй.
Часть показаний девушка на суде опустила. Полностью детали раскрылись, когда гособвинитель зачитал показания, которые она давала в ходе предварительного следствия.
На «место встречи» А. пришёл через некоторое время, будучи в состоянии алкогольного опьянения. Немного шатался, но отвечал нормально и был в состоянии понимать происходящее. При себе у него была литровая бутылка водки, заполненная почти наполовину. Указав, в каком доме живёт женщина и её обидчик, К. вместе с ним направилась туда. Хозяйка подержала собаку, чтобы «гости» смогли пройти.
- Когда я зашла, у С. всё лицо было в крови. Он сидел на диване (или кровати) в комнате. Откуда кровь шла, я не разглядывала. Он молчал, был в сознании. Наверное, был сильно пьяным, потому что неподалёку была бутылка с чем-то… А. стоял напротив него и бил по лицу. Нанёс несколько ударов, раз десять (как оказалось, не менее 20 – авт.). Я не этого хотела. Пыталась остановить А., говорила ему «не надо, зачем»… Б. сказала, обращаясь к С.: «Я говорила, что найду на тебя управу, будет на моей улице праздник». А. ушёл в кухню, вернулся оттуда с табуреткой и ударил ею С. по голове. От первого удара, который А. нанёс углом табуретки наотмашь по голове, пошло много крови. Табуретка была деревянная, с железными ножками. Я её отобрала, стёрла кровь и села на неё, чтобы А. больше не бил С. Сначала он не отдавал, но потом отпустил. С. упал на пол, и А., уже по лежачему, наносил удары по голове, по лицу, по груди, животу, ногам, сначала носком ноги, а потом пяткой, спрашивая при этом у С., понял ли он, за что. С. матерился в ответ, сопротивления не оказывал…
После парень вытащил избиваемого мужчину на веранду, тянул за ногу по сеням. При этом С. упирался, хватался руками за разные предметы. В результате такого выдворения «обидчика» из дома повсюду остались следы крови. Вытаскивая С. на улицу, А. упал с крыльца, потом поднялся, и вытащил С. в ограду дома. Вокруг лежали чурки, дрова. Сама К. при этом находилась в доме вместе с Б., а после шла домой. В это время позади, в том месте, где находились А. и С., что-то резко вспыхнуло и погасло. Ничего не подумав при этом, К. пошла домой. Через некоторое время пришёл её сожитель, Г., а после – и сам А. В ходе совместного распития алкоголя парень ввёл сожителя девушки в курс произошедшего. Втроём они отправились к дому жещины. Свидетельница К. осталась на дороге, не доходя до дома, – услышала, как кричит С. Он просил помощи у сожительницы, просил пустить его в дом.
Когда Г. осмотрел С., он обнаружил, что у того на ногах были сильные ожоги, а лицо сильно разбито. Повреждения на лице мужчины Г. не видел, видел только, что у С. на всём лице имеется запеченная кровь. Он сказал женщине, что её сожителю необходимо вынести одежду.
Позже, около двух часов ночи, к Г. пришёл А., он сказал: «Пошли со мной», при этом был агрессивно настроен.
Приведя Г. к дому женщины, парень стал кричать пострадавшему: «Ты ещё здесь, всё ещё не ушёл, я тебе говорил уходить отсюда и забыть дорогу»… А после взял в обе руки чурку и бросил её в сторону сидящего на земле С., попав тому в голову. С. при этом упал, но снова поднялся. Парень сказал побитому мужчине, чтобы тот встал и уходил, но С. встать не смог. Тогда вместе с Г. они отнесли С. в «тёмный угол».
Потом А. достал бутылку водки, которая была при нём, и полил из неё избитого, взял в руки спичку и, сидя на корточках, зажег её и бросил в сторону С. А после хладнокровно отвернулся и ушёл… Другие свидетели показывают, что кроме А. никто больше пострадавшего не бил.
Экспертиза определила, что смерть мужчины наступила «от жировой эмболии сильной степени легких, осложнённой травматическим шоком в результате получения сочетанной тупой травмы головы, грудной клетки».
Кроме того, при экспертизе трупа обнаружены термические ожоги передней поверхности туловища, лица, шеи, конечностей. Ожоги эти занимают около 20% поверхности тела и образовались прижизненно.
Сам преступник не страдает психическими расстройствами, не находился в момент совершения преступления в состоянии аффекта, и поэтому чем была вызвана такая необъяснимая жестокость – непонятно. С погибшим он лично знаком не был.
У любого человека, имеющего нормальную психику, это преступление вызовет отторжение и недоумение.
На том суде обвиняемый вёл себя… странно. Парень очень спокойно, даже вольготно расположился на скамье подсудимых, за решёткой. Не обращал внимания ни на сменяющих свой пост полицейских, ни на свидетельницу, которая, по сути, и втянула его в преступление, а сейчас «топила». С каким-то нездоровым интересом он большую часть заседания рассматривал меня, человека совершенно постореннего и на суде, и вообще не имеющего отношения к этой истории. Сам судебный процесс, можно сказать, вызывал у него скуку.
…Несколько дней назад в суде состоялись прения сторон по этому делу. Государственный обвинитель запросил у суда назначить преступнику 12 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии особого режима. Степень вины и наказание за совершённое преступление определит суд. А нам, обществу, нужно задуматься.
Что нужно иметь в душе, чтобы просто так, хладнокровно, не разобравшись, ни за что, по сути, оборвать жизнь человека, которого ты видишь впервые. Не с целью наживы, не в порыве гнева, а жестоко и методично, в течение некоторого времени, доводя до жуткого финала.
Понимала ли К., осознавала ли последствия своего действия? Являлась ли она подстрекателем к совершению преступления? Это вопрос другой.
Получил ли преступник свою награду, за которую он совершил самое страшное преступление – обещанный поцелуй? Наверняка, ни женщина, ни её соседка не думали, как обернётся их желание наказать обидчика.
Каждому следует помнить: если становится известно о противоправных действиях другого человека, нужно сообщить в полицию, а не заниматься самоуправством, которое, кстати, тоже карается законом.
Насколько наше общество позволяет решать конфликты таким путём – не словами, а убийством? Многие могут посчитать, что «правильно сделала К., проявила сострадание, правда, избрав не ту форму, но защищая…». Другие будут категорически против такого пути решения проблем. Вот эту моральную дилемму и предстоит разрешить каждому для себя.