Яшкино, статьи, Последний дом на улице
: ,

Яшкино, статьи, Последний дом на улице

Последний дом на улице

Последний дом на улице

27.12.2018 Коммуналка


Дарья КУСТОВА | Вот так живёт человек много лет в одном месте, трудится на благо родного района, а потом про него забывают. В основном, чиновники, конечно… Думаете, ситуация нереальная? Ан нет, вполне даже имеющая место. Именно это случилось с Людмилой Семёновной Бородиной, живущей в одном из старейших домов посёлка Яшкино.

Людмила Семёновна Бородина рассказывает о своей борьбе с чиновниками за новое жильё.

Людмила Семёновна Бородина рассказывает о своей борьбе с чиновниками за новое жильё.

19 декабря мы побывали в гостях у Людмилы Семёновны, на улице Рабочей, 24а, послушали о её житье-бытье и о том, как она пытается добиться от чиновников нового жилья взамен своего аварийного.
- Я всю жизнь ветеринаром отработала, много лет рядовым работником, и более десяти  - начальником ветучастка. Заработала себе мизерную пенсию и профессиональное заболевание – бруцеллёз тяжёлой формы, – рассказывает наша героиня. – Пенсия у меня 9700, ещё пять тысяч получаю за профзаболевание и инвалидность. Много денег уходит на лекарства, на ремонт не остаётся. Вы уж извините, что дом в таком виде – живу как «бич» натуральный… И печку вот не подбеливаю, потому что вываливается всё. Угля в морозы бывает по шесть ведер трачу. Мне тяжёлое таскать нельзя, так соцработник – спасибо ей – и воду мне приносит, и уголь. Волонтёры тоже помогают – снег откидывают. 
Жила я сперва на Рабочей, 18. Потом тот дом отдала дочери, сама переехала сюда, в 1995 году.  Мой дом остался последний на улице – уже несколько лет как здесь снесли старые бараки и построили новые одноэтажные дома. Бывших жильцов улицы переселили в многоквартирный дом в центре посёлка, а здесь жильё дали детям-сиротам. При этом расселяли дома, которые по возрасту младше, чем мой. Когда приезжала сюда комиссия, обследовали другие дома перед сносом, мой почему-то обошли стороной.
В декабре 2017 года я пошла на приём к главе района Сергею Фролову, рассказала о своей проблеме – что дом разрушается, жить опасно. У соседки за стенкой та же ситуация, но дом обшит сайдингом, и не видно. Он спросил, есть ли у меня документы, а так как их не оказалось, отправил меня в БТИ. Прихожу туда, говорю, справка нужна, главе района показать. Там начальница посмотрела в компьютер, и говорит: нет на этом адресе никакого дома, вся улица снесена. И в архиве данных нет. Я сказала, что если не найдут [документы на дом], пойду в прокуратуру. Фролов, кстати, пообещал прислать комиссию для обследования. После нового года комиссия пришла, были в ней двое – Басалаев (Юрий Иванович, начальник УЖИГ – прим.авт.) и Николаев (Виктор Геннадьевич, его заместитель). Обследовали дом и сделали вот такое заключение: «по результатам обследования (…) принято решение: о выявлении оснований для признания помещения подлежащим капитальному ремонту, реконструкции или перепланировке». В акте написано, что требуется усиление и утепление фундамента, восстановление межвенцового утеплителя, ремонт основных деревянных конструкций и замена покрытия крыши. Дома у меня были только Николаев и Басалаев, а в акте подписались четверо – там стоят ещё фамилии Е. Бакилиной, руководителя БТИ, и С. Байгина, главы посёлка. Я считаю, что его просто подставили так, подписал, наверное, не глядя.
Меня такой результат не устроил: в акте написали, что в доме есть и центральный водопровод, и канализация. Где ж есть, когда в туалет я в ведро хожу, а воду мне соцработник с колонки носит. Зачем ложь писать? Пошла я ещё раз к Фролову, а он на это – ноль внимания, ничего ему не надо. Я позвонила на прямую линию в областную администрацию. Там люди хорошие, всё подсказали, рассказали. Посоветовали, раз я ветеран труда, обратиться в совет ветеранов, в жилищно-бытовую комиссию. Пошла в совет ветеранов, 1 февраля они пришли ко мне, проверили, составили акт… Опять от главы района никакой реакции. Звоню снова на прямую линию в область, там попросили прислать им все акты, что у меня есть. После перезванивают, говорят, что приедет комиссия из Госжилинспекции. Приехали из Анжеро-Судженска люди. Всё осмотрели и тоже выписали акт. По результатам осмотра повторили заключение районной комиссии – что дом пригоден для ремонта.

Авайрийное состояние дома видно невооружённым взглядом.

Аварийное состояние дома видно невооружённым взглядом.


Кто должен производить ремонт – из актов неясно. Вновь неудовлетворённая решениями чиновников, Людмила Семёновна в апреле, по совету представителей областной администрации, обратилась в прокуратуру района с обращением о нарушении жилищного законодательства. Прокуратура заключила, что изложенные заявительницей доводы нашли подтверждение, а также подтвердила, что из четырёх членов межведомственной комиссии, подписи которых стоят в январском акте, фактически производили осмотр только двое. Это является нарушением статьи 15 Жилищного кодекса. Кроме того, было установлено, что комиссия произвела только визуальный осмотр дома без надлежащего исследования технического состояния конструктивных элементов дома. В связи с этими нарушениями главе района было вынесено представление об их устранении.
Людмила Семёновна пошла дальше – в июне написала обращение на имя и.о. губернатора области Сергея Цивилёва. Пришёл ответ, что обращение передали в районную администрацию, Фролову. Спустя месяц – в положенный срок – ответа не последовало. Состоялся ещё один поход в прокуратуру.
Благодаря вмешательству прокуратуры в августе удалось выправить новый техпаспорт дому. В нём год постройки указали 1918 – на год ошиблись, на самом деле дом был построен в 1917 году.

Брёвна из стены начали вываливаться, окна перекошены, есть трещины в фундаменте.. Этому дому – больше ста лет.

Брёвна из стены начали вываливаться, окна перекошены, есть трещины в фундаменте.. Этому дому – больше ста лет.


- Спасибо им – прокуратура на моей стороне, – говорит Людмила Семёновна. – Написала 17 августа заявление на имя Фролова, что прошу выслать комиссию для обследования дома. Приехали только 29 сентября. Написали всё честно, как есть, и признали дом непригодным для проживания.

После получения этого акта Людмила Семёновна написала заявление на имя главы района с просьбой, на основании заключения комиссии, предоставить другое жилое помещение, пригодное для проживания. Заявление было передано в поселковую администрацию, и уже оттуда 31 октября пришёл ответ от главы посёлка Сергея Байгина: в очередь заявительницу на получение жилья поставили, присвоили №135.
В сентябре Людмила Семёновна сходила в районную администрацию, на выездной приём сотрудников из областной администрации, где ей сказали, что выдавать жильё нужно срочно, особенно из-за того, что на всей улице уже старые дома снесли. А представители районной администрации ответили, что «денег нет».

Печка тоже разрушается – большие трещины, вываливаются кирпичи из кладки.

Печка тоже разрушается – большие трещины, вываливаются кирпичи из кладки.


Вот так наша героиня до сих пор ждёт решения своей судьбы – дадут или не дадут новое жильё. Побывала даже у нового районного чиновника – исполняющего обязанности главы района Александра Рыбалко... Когда и как разрешится ситуация, пока неизвестно. Может быть, местным чиновникам, раз уж денег на покупку нового жилья ветерану труда нет, рассмотреть вопрос ремонта столетнего дома? 



Комментарии (1)

0

Анатолий

Точно также и новые дома рушаться ,которые сироты получили.фундамент под землю проваливаеться, потолок бежит, стены зимой льдом покрываются, полы расходяться а администрация никаких решений не принимает.  
Имя Цитировать 0
 
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений